"Кому
отдаться», 3 часть эротического рассказа
Сюзанны С.
...Сегодня «по долгу
службы» ездила в одну фирму. Удостоилась
встречи с их генеральным. Захотелось
написать об этом в дневнике. Зовут его
Дмитрий Иванович. Он старше меня, черты
лица резкие, красавцем не назовёшь.
Встретил меня он неласково.
- Ирина Александровна,
я принял Вас потому, что не совсем доволен
нашими отношениями.
- А в чём дело?
- Дело в том, что если
мы занимаемся общим бизнесом, то должны
вести его честно и открыто. Не так, как
Вы.
- А я тут причём? У нас
есть свой генеральный.
- А я желаю высказать
это Вам лично. Как представителю фирмы.
Мы не позволим диктовать свои цены.
Мне стало неловко. И
хотя меня отчитали, как школьницу, я не
чувствовала к директору неприязни.
Почему я об этом пишу? Не знаю. Может
быть, потому, что завела дневник? И пишу
сюда всякую ерунду...
Сегодня вдруг позвонил
гендиректор фирмы-партнёра.
- Это Васнецов,
здравствуйте.
- Здравствуйте, Дмитрий
Иванович.
- Ирина Александровна,
я хотел извиниться за наш разговор. Я
повёл себя по отношению к Вам грубо, не
деликатно. Прошу прощения.
- Ну что Вы, Дмитрий
Иванович, я не в обиде. Вы правильно всё
сказали.
- Нет, я виноват. Ирина,
хочу загладить свою вину, пригласить
Вас в кафе. Завтра Вас устроит?
- Да...
Я никак не ожидала
такого поворота и неожиданно для себя
согласилась. Личные контакты с должностными
лицами компаний-партнёров, конечно, не
приветствуются. Но я не собираюсь
наносить своей фирме вред. Никоим
образом.
Неожиданное предложение.
Я уже волнуюсь. А чего, собственно,
волноваться? Посидим, пообщаемся,
покушаем... Зачем я согласилась?
8 февраля
За несколько дней
прошло много событий. В пятницу я ходила
в ресторан с Дмитрием Ивановичем.
Директор вёл себя вежливо и предупредительно.
Но всё равно, чувствовала себя с ним
несколько скованно. От него веяло
какой-то грубой мужской силой и властью.
В танце он прошептал на ухо.
- Ирочка, Вы очень
красивая.
Я покраснела и ничего
не ответила. И руки сильные у Дмитрия
Ивановича, хотя в танце он и ведёт
бережно.
Вечер окончился
буднично. Кавалер проводил меня до дома,
поцеловал на прощание руку, да и был
таков. А что ты хотела, Ирочка? Чтобы он
сразу отнёс тебя на руках в ЗАГС? А хотела
бы ты этого на самом деле? Наверное, нет.
А с Вадиком, в ЗАГС? Тоже, не знаю. Вадик
звонил, но в эти выходные встречаться
с ним не хотелось....
Большая
Автобиография Александра Невзорова, 7
часть
...Когда я в детстве
болел, то читал. Вообще, любил читать.
Читал всё, что было под рукой. И классиков,
и современников, и газеты, и журналы.
Телевизор появился в нашем доме, когда
я учился в третьем классе. Папа взял его
напрокат. Квартира на Кирова состояла
из 2-х комнат. Одна — проходная, гостиная,
где спал я, там и поставили телевизор.
Вторая — спальня, где спали родители и
младший брат. Первый фильм, который мы
вместе посмотрели, был детектив. По его
окончании все ушли в свою комнату, а я
остался один. Совсем рядом была входная
дверь в квартиру, за которой постоянно
слышались какие-то шорохи, вздохи. В ту
ночь я почти не спал.
Вообще, я любил болеть.
Тебя окружают вниманием и заботой.
Делать ничего не надо. Только валяйся
в постели, да читай. Когда я готовил
уроки, я клал интересную книжку под
учебник и втихаря её читал. Если в комнату
кто-то заходил, я делал вид, что учу
домашнее задание. Учился я по-разному.
Читать и писать я
выучился ещё в 6 лет. Двоюродная сестра,
Катя, с которой мы жили «бок о бок»,
старше меня на год. И программу первого
класса я проходил вместе с ней. А когда
сам пошёл в школу, мне это было уже не
интересно, я всё знал. Тем не менее,
первый класс я закончил на «отлично».
Жаль, что медали дают лишь за окончание
школы, а не класса...
До четвёртого класса
у меня не было троек. А 10-й я закончил
без четвёрок и пятёрок. В старших классах
учиться я вообще не хотел. Прогуливал
занятия, уроки не делал. После восьмого
класса я стал курить. Иногда выпивал...
После школы, по настоянию
родителей, решил поступать в институт.
Да и в армии служить не хотелось. Куда
идти? Институтов в Ленинграде много. И
почти везде высокий конкурс. И куда мне,
со средним школьным баллом в размере
трёх? Система тогда была такая — четыре
экзамена (вступительные) + школьный
балл. Кто больше наберёт, тот и поступает.
Для разных институтов и специальностей
— разные проходные баллы.
И я пошёл в железнодорожный.
Почему? Мне нравились поезда, электрички.
Как здорово было сесть в электричку,
чтобы ехать на дачу в Васкелово. Вагоны
того времени — это свой мир, своя,
неповторимая атмосфера.
Сперва мне не повезло.
Документы, которые я сдал на Эксплуатационный
факультет, мне вернули. Из-за плохого
зрения. И тут, неожиданно, в коридорах
ЛИИЖТа, я встретил приятеля. Да нет, не
приятеля, - друга, Сергея Потапова. Мы с
ним учились в одном классе последний
год, в школе №143.
- Подавай документы на
Механический факультет, на специальность
«Строительные машины», - сказал он. - У
меня там всё схвачено. И тебя возьмём.
Папа у Серёжи, Потапов
Серафим Николаевич, морской офицер,
капитан второго ранга, преподавал в
училище для подводников (Высшее
военно-морское училище подводного
плавания). И все думали, что Сергей пойдёт
туда. Как и Алексей Былинкин, наш
одноклассник и товарищ, чей отец
преподавал там же.
Ловлю себя на мысли,
что тороплюсь писать. Это от избытка
информации...
"Конец
Президента», 4 часть рассказа Леона
Малина (серия Агентство Амур)
...Через неделю я вновь
приехал в Синявино. Слежка за Еленой
Андреевной (и каналом) ничего не дала.
Каждое утро «объект» купалась в канале,
приходила она сюда иногда и днем, но
никаких контактов ни с кем не было. Не
подходил никто из мужчин и под описание
«маньяка». Красивых молодых людей с
атлетическими фигурами тут не наблюдалось.
Все больше пожилые и молодые пенсионеры.
- В принципе, на этом
пляже собирается один и тот же контингент.
Многие друг друга знают. При мне не было
никаких инцидентов. И ко мне никто не
приставал, кроме тебя, - усмехнулась
Виктория.
- А что говорят купающиеся
про маньяка?
- Да, ходит такая легенда.
Мол, есть человек, мужчина, называет
себя Президентом. Если кто ему понравится
из женщин, то приказывает идти за собой
в лесок и там насилует.
- И никто его не может
опознать?
- Никто не признается,
что вступал с ним в контакт. Да, скорее
всего, это миф, выдумки.
- Ну что, продолжим
наблюдение, заказчик платит. А ты уже
загорела.
- Да я только и делаю,
что загораю на этом пляже.
- Вот привез из города
продуктов, тебя поддержать.
Вечером мы поужинали
и легли спать. Я опять заснул как убитый.
Утром пробежка, купание
в канале и, конечно, никакого секса с
сотрудниками (сотрудницами). Днем солнце
палило жарче обычного. Голова совсем
не соображала.
- Вика, пойдем, купнемся?
Пока шли к каналу, я
все думал, как нам выйти на этого
Президента, если он вообще существует.
- Виктория, тебе надо
проявить больше активности. Попробуй
пофлиртовать с мужчинами, которые
купаются в канале. Поделай разные
сексуальные позы, улыбайся, заигрывай.
- А если он меня
изнасилует?
- На пляже, если рядом
будут другие люди, ему это не удастся.
А в лес за мужчинами не ходи. Попробуй
вызвать к себе интерес.
Вечером я уехал в город,
а еще через два дня туда приехала и
Виктория, без звонка и предупреждения.
Она вошла в офис с
мрачной ухмылкой.
- Что случилось?
- Он меня изнасиловал.
- Кто?
- Маньяк, Президент.
- Но как? Почему это
случилось?
Вика устало плюхнулась
в кресло. Под ее глазами я разглядел
темные круги.
- Я все сделала, как ты
сказал. Вчера днем, когда на пляже было
много людей, я купалась. Делала разные
эротические фигуры, улыбалась мужчинам.
И тут, вдруг, один из них приблизился ко
мне. Не молодой, не красавец и не атлет.
Он подплыл в упор и посмотрел мне в
глаза. От его взгляда мне стало не по
себе. Это был какой-то магнетический
взгляд. Он сказал только: «Иди за мной»...
"Ирина
и большой потенциал инструктора», 3
часть рассказа Сюзанны С.
...После ванной обтёрлась,
накинула халат и стала сушить волосы
феном. Зеркало в прихожей большое, я
вижу в него себя всю. Когда поднимаешь
руку, полы халата расходятся, появляется
белая гладкая кожа бедра. Ведь красивая
же я. И сексуальная. Так почему сегодня,
когда так хочется мужского внимания,
мужской ласки, мужского члена, наконец,
я одна?
- Хочешь замуж? - спрашиваю
себя.
- Да, хочу, наверное. Но
не за первого же встречного. И не за
этого папенькиного сынка, Бориса.
- А за кого, за кого ты
хочешь?
- Не знаю.
Так окончился мой
короткий диалог с собой. Стало грустно.
Чем поднять настроение? Я отложила фен,
распахнула халат. Рука опустилась вниз,
между расставленных ног. Приятно? Да,
но не более того. Вспомнила, что в шкафу
у меня где-то валяется фаллоимитатор.
Но «свидание» с бездушным пластиком
как-то особо не прельщает. Позвонить
Гоше?
А что я ему скажу?
- Гоша, здравствуйте,
это Ирина. Я была на прошлом занятии.
- Слушаю Вас.
- Скажите, завтра я
могла бы прийти в группу?
- Приходите, конечно.
Только будет не моя смена.
Приятный мужской тембр
голоса. Чувствуется сила, уверенность
в себе.
- Ирина, а что на Вас
сейчас одето, - должен был спросить
инструктор.
- Я голенькая, - ответила
бы я.
- До свидания, - сказал
Гоша.
Теперь я, наверное, не
усну. Один мужчина раззадорил, другой
не проявил интереса. Выпить снотворного?
На фитнес я пошла в
воскресенье, когда работал Гоша. Он вёл
группу «обшей физкультуры», в основном,
для пенсионеров. Я ходила сюда для того,
чтобы размяться перед плаванием, перед
бассейном. Сегодня на занятии 10 человек.
Пара бойких старичков, остальные — дамы
разных возрастов. Одна из них, хорошо
за 40, выделяется некоторой жеманностью
и раздражающей манерностью.
- Светлана Андреевна,
- говорит Гоша, придерживая её за ногу,
- чуть мягче, вот так. Не напрягаемся.
Светлана Андреевна
приседала, отклячивая широкий зад и
выставляя вперёд исполинскую грудь,
придерживаемую тонким трикотажем. На
меня Гоша обратил внимание сразу. Я
оказалась моложе общей массы клиентов,
но старше двух совсем юных девиц.
- Ирина Александровна,
- обращается Гоша ко мне, - спину держим
ровно, плечи расправлены.
Он стоит сзади, мягко
разводя мои плечи. Чувствую силу его
ловких рук. Карие глаза мужчины смотрят
вежливо, но пристально. Я невольно отвожу
взгляд.
- Гоша, Георгий, подойдите
ко мне, - громко зовёт преподавателя
Светлана Андреевна. - У меня не получается,
- она театрально разводит руками.
Инструктор с неохотой
(как мне показалось) переключается на
капризную бабёнку. Гоша, как обычно, в
борцовской майке и обтягивающих трико.
Я непроизвольно бросаю изредка взгляды
на его крупное мужское достоинство. Да,
фигура атлетическая. Густая растительность
на голове и груди, чёрные навыкате глаза
придают ему какой-то сатанинский вид...
Сегодня мною
издано уже более 600 книг, все они размещены
на крупнейших книжных площадках, где с
ними можно ознакомиться и приобрести
в печатном и электронном виде.
"Рассказ
об армии», 4 часть, книга Александра
Невзорова
...От командира роты я
получаю задание — помочь трактористу
Бондарчуку разобраться с его «соткой»,
которая никак не заводится. Бондарчук
— первогодок, у него длинная, угловатая
фигура. Глаза хитрые, бегают. Он старается
придать лицу выражение бывалого солдата.
Для него я, вероятно, молодой, неопытный
лейтенант, да так оно и
есть. Утром, на плацу, во время развода,
я сбился с шага, испортил строй роты.
Это не повысило мой авторитет, который
необходимо завоёвывать. Тем не менее,
я не стушевался, не почувствовал себя
неловко. Бывает у человека, когда во
время так называемого стрессового
состояния срабатывает защитная реакция,
не даёт остро почувствовать драматическое
положение. Спустя какое-то время осознаёшь
случившееся, но видишь всё уже как бы
со стороны.
Подходим к трактору.
На чертеже в учебнике чисто и понятно.
В натуре всё гораздо сложнее. Солдат
тыкает пальцем куда-то в пространство:
- Стартер барахлит,
мать его перемать...
Делаю умное лицо,
приглядываюсь к железякам. Бондарчук
бегает вокруг трактора, дёргает за шнур,
заскакивает в кабину, толкает рычаги и
длинно матерится. Несколько раз мотор
вроде бы заводится, раздаётся треск, из
трубы вылетают клубы белого дыма, но
спустя время мотор захлёбывается и
затихает. В этой ситуации мне, как
зампотеху, необходимо подсказать воину,
но, во-первых, трактора я не знаю, а,
во-вторых, интуитивно чувствую подвох,
хотя и не уверен в этом окончательно. И
смех, как говорится, и грех. Даю себе
слово в кратчайшее время изучить и этот
трактор, и другую технику. А пока что не
подаю вида и внимательно смотрю на
замысловатые детали.
- Ну как, товарищ
лейтенант, служба? Домой не тянет?
Я не принимаю его
панибратского тона.
- Вот что, Бондарчук, я
не знаю трактор так же хорошо, как Вы.
Но ведь Вы же тракторист, что же валяете
дурочку. Если сломана какая-то деталь,
давайте разбирайте и ремонтируйте, я
Вам помогу. Если же отремонтировать
нельзя, то будем искать запасные части,
ведь трактор нужен нам позарез.
Провозившись полдня,
«заводим» трактор. Когда слегка вытерев
руки, я нашёл ротного, то услышал не
ожидаемый восторг, а лишь слегка
снисходительное ворчание.
Неделю спустя я
самостоятельно пришёл на подъём в роту.
До этого я один раз приходил с Алексеевым.
Тогда всё прошло гладко и без запинки.
В тот раз я пришёл перед самым подъёмом,
командир сидел в канцелярии и спрашивал
Устав у дневального. Ровно в шесть часов
раздался громкий крик дежурного по
роте:
- Подъём!
Алексеев, как ни в чём
не бывало, сидит на стуле, закинув ногу
за ногу. За дверью слышен тяжёлый топот
солдатских сапог. Прошло немного времени,
и вот уже дежурный докладывает ротному.
Мы с Алексеевым не
торопясь идём вдоль строя. Солдаты
вытянулись по стойке «смирно». Кто-то
застёгивает пуговицы, кто-то подтягивает
ремень. Вот мы прошли весь строй и
движение прекратилось. Слышно тяжёлое
дыхание. Лица солдат потеряли сонливое
выражение. Командир смотрит на часы.
- Здравствуйте, товарищи!
- Ррр-равия желаем,
товарищ капитан!
Затем Алексеев даёт
команду продолжать занятия по плану
распорядка дня. Всё вроде бы просто...
